Политика. 26 февраля, 14:20
Юрий Трутнев. Фото: с сайта Президента РФ

Юрий Трутнев: Места для создания бизнеса лучше, чем на Дальнем Востоке, на карте РФ нет

Вице-премьер Правительства РФ – полпред президента в ДФО Юрий Трутнев — о том, кто и зачем приезжает жить на Дальний Восток

26 февраля, EAOMedia. "Дальневосточный гектар" может стать самой масштабной программой добровольного переселения россиян в азиатскую часть страны со времен столыпинской реформы. Бесплатно раздавая землю, государство готово кредитовать ее освоение — это позволит привлечь в регион сотни тысяч новых жителей. В интервью корреспонденту "Известий" Марии Тодоровой вице-премьер Юрий Трутнев рассказал, кому раздают землю на Дальнем Востоке и как новые поселенцы изменят жизнь этой части России, сообщает ИА ЕАОMedia со ссылкой на газету "Известия".

— Юрий Петрович, вы на прошлой неделе заявили, что участникам программы "Дальневосточный гектар" будут выдавать льготные потребительские кредиты. Но отметили, что эти деньги должны будут целевым образом пойти именно на освоение гектара. Как это планируется сделать?

— Да, мы действительно придумали новый инструмент поддержки — льготное кредитование. Кредиты для людей, получивших один гектар в категории индивидуальный получатель и по коллективной заявке. Это разные продукты. Они оба созданы по поручению правительства Фондом развития Дальнего Востока (ФРДВ). Индивидуальный кредит будет предоставляться сроком до пяти лет Почта-банком, коллективные кредиты сроком до 8 лет — Внешэкономбанком. Ставки от 8,5 до 10,5%. Но деньги на руки давать не будем (улыбается). Будет организована специальная электронная площадка — фактически интернет-магазин, в котором человек сможет заказывать необходимые вещи. Что нужно ему: трактор, материалы для строительства дома, какие-то электроприборы. Выбираете товар, делаете заявку, банк проплачивает, получаете. Такая маленькая "али-баба". Таким образом, мы будем уверены, что деньги пошли на ту цель, для которой они предназначены. Кроме того, это будет помощью отечественным производителям. Выставлять свои товары на сайте смогут любые производители со всей России.

— Товары как-то будут проверяться?

— Проверяться они будут в соответствии с российским законодательством, как проверяются товары при поступлении в магазин, в торговую сеть. То есть все товары должны быть сертифицированы.

— Как можно будет туда попасть производителям?

— Подать заявку.

— Что касается самой программы "Дальневосточный гектар", сколько уже москвичей выразили желание переехать на Дальний Восток и, как вам кажется, почему?

— У нас сегодня карта по заявкам выглядит следующим образом: впереди по объему заявок три дальневосточных региона: Приморье, Хабаровский край, Республика Саха — Якутия. Дальше уже идут Москва, Московская область, Екатеринбург, Башкирия — вся география нашей замечательной родины. Объем заявок из Москвы и Московской области — более 1,2 тысяч из 64-х тысяч. Во-первых, я уверен, что уже сейчас территории для создания бизнеса лучше, чем на Дальнем Востоке, на карте Российской Федерации нет. Во-вторых, природа прекрасная. Что касается больших городов — кому-то они нравятся, кому-то нет. Мне, например, не сильно. Поэтому я совершенно уверен, что люди на Дальнем Востоке и жить будут, и закрепляться, и приезжать будут.

Более того, у нас заходы на сайт программы есть из США, Германии, с Украины, из Казахстана, из целого ряда других стран. Было бы замечательно, если бы оттуда люди вернулись в Россию. Я имею в виду тех, у кого остались российские паспорта. Понятно, что гражданам Америки гектар мы давать не планируем. Но если у человека есть российский паспорт и он заблудился за океаном, пусть возвращается. Они получат точно такой же гектар, как и все остальные. Если у них хватило ума за это время понять, что жить в России лучше, а на Дальнем Востоке еще лучше, чем на других территориях, то пусть сюда и приедут.

У меня много разных мечтаний. Есть мечта, чтобы возникали новые населенные пункты. У нас довольно много заявок — коллективные. То есть несколько человек подают заявку на участки в одном месте. И возникает один простой вопрос: а что это значит? А это значит, что люди сделали выбор, где им жить будет комфортно. Недавно я получил информацию, что в Шкотовском районе Приморья с ноября 2016 года на рассмотрении находятся заявки на 81 га для коллективного использования в целях создания экофермы с гостевым домом, а чиновники начали им голову морочить. Не внесли заблаговременно информацию о правах на земельные участки и сделали это только после того, как на эти земельные участки поступила коллективная заявка. С чиновниками мы быстро разберемся, а людям эту землю, естественно, предоставим. У нас в России в последнее время не так много городов появляется. Сейчас, по сути, город возникает рядом с космодромом Восточный. В совсем другое качество переходит город Большой Камень после начала строительства завода "Звезда". В городе Свободный, новой территории опережающего развития (ТОР), планируется большое количество нового жилья.

— В основном по какой причине люди подают заявку на гектар?

— Больше всего тех, кто хочет построить себе дом. Но много и других заявок: на развитие пчеловодства, сельского хозяйства, малого и среднего бизнеса, туризма. Я с людьми разговаривал — некоторые предложения совсем экзотические. Не сразу додумаешься так один гектар использовать…

— Приведите пример, интересно…

— Перевозка почты на квадрокоптерах! Вот это идея. Что касается строительства жилья, взять, например, Владивосток. Город застроен своеобразно — где густо, где пусто. Получить землю во Владивостоке немыслимо сложно. Мне даже приходилось вмешиваться по предоставлению участков для многодетных семей. А сейчас, когда встречался с получателями одного гектара, спрашиваю: зачем взяли? Они говорят: дом хотим построить. Я говорю: а где? Они говорят рядом с Владивостоком, 15 минут ехать, рядом дорога и линия электропередачи. Можете себе представить, что в 15 минутах от Москвы бесплатно предложат участок с дорогой и линией электропередачи и оформят быстро — за два месяца? Нельзя себе такое представить. А на Дальнем Востоке — пожалуйста. Главное, что люди получат возможность для нормального, комфортного существования. Если у человека будет приусадебный участок, значит, у него детей будет больше. Получается, больше детей будет рождаться на Дальнем Востоке.

— Для этого же нужны школы, детские сады, другая инфраструктура. Как этот вопрос решается?

— Один гектар сегодня — принципиально другая технология предоставления земли, не такая, как принято у нас везде. Обычно муниципалитет устанавливает, где можно выделить землю, где нельзя. У нас на Дальнем Востоке наоборот — разрешено все, что не запрещено. Можно взять участок внутри тайги и заниматься охотой и рыбной ловлей или построить там туристическую базу. В этом случае мы не сможем, конечно, к каждой такой базе дорогу построить.

Идеологом того, где брать участок, что будет на нем происходить, выступает сам человек. Мы подключаемся по инфраструктуре тогда, когда более 20 человек в одном месте делают коллективную заявку. Тогда им по закону предоставляется поддержка строительства инфраструктуры.

Но нужно отметить, что они часто и не рассчитывают на дорогу. Например, я знаю историю: в Хабаровском крае в районе выхода к Шантарским островам люди строят туристическую базу. Там никаких дорог и близко нет. Они туда добираться будут на вертолетах, организовывать программы, туристические путешествия на лодках. Но они хотят именно там построиться. Потому что они уверены, что это самое красивое место в мире. У каждого человека есть свое самое красивое место на земле.

Другой пример — когда только началось выделение земли в Приморье, озеро Ханка оказалось окруженным заявками в три ряда. Я, когда приезжал, проверял систему, совершенно случайно говорю: а покажите мне систему формирования участков, вырежьте мне участок вот тут, рядом с озером Ханка. А мне говорят: Юрий Петрович, не получится, там все в три ряда уже занято.

— Вы упомянули территорию опережающего развития "Свободный". На прошлой неделе на правительственной подкомиссии по развитию Дальнего Востока было одобрено создание двух новых ТОР: "Свободный" и "Нефтехимический". Планируется ли создание новых ТОР?

— "Восточная нефтехимическая компания" (ВНХК) "Роснефти" будет находиться на территории ТОР "Нефтехимический". На территории "Свободный" сейчас три проекта: Амурский ГПЗ "Газпрома", амурский газохимический завод "Сибура" и завод по производству метанола. И будут еще проекты. Губернатор Амурской области Александр Козлов, выступая на подкомиссии, отметил, что строительство этих заводов побуждает и других инвесторов подумать над новыми инвестпроектами. Насколько мне известно, к нему уже обратились новые инвесторы. У меня пока материалов по этим проектам нет.

И да, мы будем дальше этим заниматься — созданием ТОР. Это не конец. Развитие — это соревновательный процесс. В нем нельзя остановиться и сказать: мы уже что-то сделали и всё хорошо. Инвестиции, люди, мозги, грубо говоря, перетекают из одного места в другое в зависимости от того, где условия лучше. Вот мы условиями и занимаемся. Мы не остановимся ни в создании ТОР, ни в поддержке инвестпроектов.

— Еще вы поддерживаете проект строительства Амурского НПЗ. Насколько нам известно, там были проблемы с подключением к нефтепроводам и поставками нефти. Удалось ли инвесторам договориться о поставках нефти? "Роснефть" вроде бы уже отказалась от этого. Какие другие компании согласились?

— Нужно отметить, что уже построено первое предприятие, которое в рамках этого проекта было заявлено, — цементный завод, который обеспечивает строительными материалами создание завода. На данный момент уже 5 млрд рублей вложено в этот проект.

"Роснефть" у нас самая большая нефтяная компания, но, слава богу, не единственная. Насколько мне известно, инвесторы Амурского НПЗ купили две небольшие нефтяные компании: в Якутии и Иркутской области. Объем их добычи может закрыть половину потребности НПЗ, то есть до 3 млн т нефти.

Мы не подходим к инвестиционным проектам — к этому и к остальным — с позиции государственного регулятора. Например, компания "Русагро" строит на Дальнем Востоке свиноводческий комплекс. Можно, конечно, было пригласить инвесторов и спросить: а где возьмешь столько поросят? А корм для поросят где возьмешь? А продавать куда будешь? Но так это не работает, это неправильно, мы не так делаем. Мы задаем единственный вопрос: чем мы можем помочь? Человек рискует своими деньгами, государство не должно занимать позицию контролера, государство должно занимать позицию помощника.

На сегодняшний день у проекта проблемы с обеспечением нефтью есть. Компания ими занимается. Нам компания высказывала просьбу помочь с транспортировкой. Мы этим занимались в рамках исполнения прямого поручения президента Владимира Путина. Я много раз встречался с "Транснефтью". На сегодня у них позиция следующая: "Транснефть" в рамках уже заключенных контрактов обеспечить транспортировку дополнительного объема нефти, связанного с Амурским НПЗ, не может. Это невозможно сделать без строительства второй нитки, а в нее нужно вложить порядка 120 млрд рублей. Для проекта НПЗ на 6 млн т — это, конечно, дорогое удовольствие и абсолютно неокупаемое.

Поэтому на сегодняшний день разрабатывается возможность транспортировки нефти по железной дороге с железнодорожной станции Уяр. Там освобождаются дополнительные объемы перевозки, связанные с тем, что Комсомольский НПЗ "Роснефти" подключается к нефтепроводу по контракту с "Транснефтью". Инвесторы Амурского НПЗ, видимо, в настоящий момент считают, выгодно ли им это будет. Обратной реакции я пока не знаю.

— Инвестиции в этот завод на 90% китайские. Хотя в основном на Дальнем Востоке инвестиции российские. Например, проект, который вы уже упомянули, — ВНХК "Роснефти". Естественно, что такой огромный проект, на 690 млрд рублей, реализовывается небыстро. Решен ли на данный момент, по вашей информации, вопрос по доступу ВНХК к газопроводу?

— Вопрос по доступу, насколько я знаю, решить удалось. Вопрос по объему газа, необходимого для реализации проекта, пока в стадии обсуждения. "Газпром" и "Роснефть" имеют разные позиции на этот счет.

У нас там тоже есть своя ответственность — это строительство инфраструктуры. Нам еще надо обсудить все вопросы финансирования строительства, вопросы механизмов финансирования. Мы будем обязательно этим заниматься. Здесь самое главное, что принципиальное решение о реализации проекта принято. Сделаны первые шаги — сейчас разрабатывается проектная документация, она проходит экспертизу. Движение началось. Мы постараемся сделать так, чтобы проект реализовывался как можно скорее. Пока скажу честно, что у меня ощущение динамики больше от проекта в "Свободном" — Амурского ГПЗ. Мы, несомненно, все эти проекты поддерживать будем, они имеют принципиальное значение.

— Вы ранее говорили, что ваша главная задача на этом посту — добиться ускоренных темпов экономического развития Дальнего Востока. Как оцениваете то, что уже сделано?

— Для того чтобы экономика развивалась, нужно создавать соответствующие условия, желательно конкурентные. Этим мы и занимаемся. За прошлый год был принят закон о выравнивании энерготарифов — он имеет принципиальное значение для Дальнего Востока. Всего мы приняли в 2016 году пять федеральных законов, направленных на развитие экономики и жизни на Дальнем Востоке. Еще 11 — в заделе. Мы будем заниматься упрощением визового режима, планируем заниматься принятием закона, где будем гарантировать налоговые льготы в обмен на инвестиции.

На практике — у нас сейчас реализуются 477 проектов, работают все механизмы целевой поддержки инвестиционных проектов: это ТОР, свободный порт Владивосток. Когда мы открывали проект свободного порта, волновались: пойдет или не пойдет. Сегодня там зарегистрировано 123 резидента и подано 242 заявки. Во всех новых территориях свободных портов, которые в Ванино, в Петропавловске-Камчатском, в Певеке, тоже уже заявились десятки инвесторов. Поэтому всё это живет, помогает людям работать. Мне кажется, это и есть самое главное.

С другой стороны, если сегодня спросишь жителя Дальнего Востока, а почувствовал ли он изменения в своей жизни, то большая часть, конечно, скажет: нет.

— Почему?

—Потому что у него в населенном пункте, например, никакое предприятие не строится. Человек ведь не по газетам судит о жизни и не по отчетам правительства. Человек судит так: вышел во двор, на дороге была колдобина, убрали — значит, хорошо. Не убрали — значит, плохо. Предприятие открыли. Если кто-то из его семьи получил рабочее место — хорошо, не получил — плохо. Поэтому в этом житейском понимании мы находимся в начале пути. Мы точно сдвинулись, в этом можно уже не сомневаться. Но это все-таки начало пути. Из названных почти 500 проектов у нас в 2016 году построено 26 предприятий. Много это или мало? Вроде немного. Но мы каждый день работаем. И проектов будет больше, и предприятий будет больше.

— Вы являетесь одним из идеологов Восточного форума. Что нам ожидать от этого мероприятия в 2017 году?

— Мы следим за тем, чтобы у нас каждый следующий форум был интереснее и содержательнее предыдущего. Потому что это такая история, которая пишется каждый год. Если люди приедут и скажут, что было неинтересно, то в следующем году могут уже не приехать. Первый форум — это было открытие инвестиционного пространства Дальнего Востока. На втором форуме мы уже могли уверенно говорить, что у нас получается, показали проекты, планирующиеся территории опережающего развития. На третьем форуме мы хотим, чтобы говорили сами руководители проектов. К концу года у нас будет построено более 70 новых предприятий. Думаю, что их представители будут рассказывать, помогло ли им то, что они работали в ТОР, или нет, вовремя ли мы построили им газопровод, дорогу или линию электропередачи. Потому что ничего более понятного, чем успешные и уже реализованные проекты, не существуют. Никакие наши обещания это не заменят. Также мы будем давать трибуну тем людям, которые получили гектары на Дальнем Востоке.

ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:

Владельцам "дальневосточного гектара" в ЕАО расширят меры господдержки

Сенатор от ЕАО: Уровень поддержки получателей "дальневосточного гектара" не имеет аналогов

Поддержка сельхозпроизводителей станет приоритетной в 2017 году – сенатор от ЕАО

© 2005—2017 Медиахолдинг PrimaMedia