Расписной Биробиджан: что пишут на заборах уличные"философы"

Каждому человеку важно быть услышанным, это наше естественное желание. Когда нас переполняют эмоции и уровень дофамина зашкаливает, мы хотим, чтобы нас услышало как можно больше людей.

Если маленькие дети пишут на заборах матершинные слова, то это с их стороны интерес к теме взаимоотношения полов, различиям между мужчиной и женщиной. Так проходит процесс психосексуального развития ребенка. Это всегда было, и наскальные рисунки и надписи – прямое тому доказательство. С точки зрения психологии в этом ничего плохого нет.

С другой стороны, когда целью такого творчества становится желание унизить или оскорбить кого-то – это уже говорит о деформации личности человека, о его психологическом нездоровье. У подростков, например, это может быть связано с какой-то обидой, когда он боится или не может нормально отреагировать на какую-то проблемную в его жизни ситуацию. В любом случае человеку очень важно отреагировать на нее, а не держать чувства в себе.

Движение руки продиктовано движением подсознанием. Когда человеку трудно привести свои чувства в мысленную форму, или он боится быть отвергнутым, непонятым, непринятым, он использует метод граффити. Подручные средства помогают высказаться, отомстить обидчику, призвать к чему-то, самовыразиться, высказать свое отношение к происходящему.

За редкими исключениями это позитивное явление. Как-то рано утром я ехала по городу, а между деревьев были развешаны простыни, на которых было написано: "Люди, улыбнитесь!" и "Хорошего вам дня". Тут же приехали службы, все это поснимали и стали искать тех, кто так "напакостил". Как видите, то, что человеку полезно, не всегда приятно социуму и может быть расценено, как нарушение порядка или хулиганство. И наоборот, то, что приятно социуму, не всегда полезно отдельно взятому человеку.

В самом деле, такое чувство, будто их что-то "вынуждает", потому что надписи и всякого рода пиктограммы встречаются на каждом шагу. Я бы мог отделаться от Вашего вопроса простым соображением о том, что людям вообще свойственно тем или иным способом заявлять окружающим о своем существовании, а этот способ очень простой и дешевый. Кто-то имитирует публичную политику, кто-то с упорством дятла обновляет статус в соцсетях, а кто-то по старинке пишет на стенах домов, подъездов и гаражей. И все же я попробую ответить более развернуто.

Как житель города я отношусь к этим надписям по-разному. К каким-то из них я равнодушен, какие-то меня возмущают, а иные забавляют. Несмотря на то, что говорят они о разном, — они публичны и, значит, адресованы каждому проходящему мимо. Ошибка думать, что автор надписи "Надя, прости меня, тварь последнюю", разместивший ее на асфальте под окнами многоквартирного дома, обращается только к Наде. Нет, конечно: он намеренно делает свое покаяние публичным, чтобы демонстративно подчеркнуть СВОЮ искренность (сама искренность здесь не главное), т.е. занимается самопрезентацией. Другое дело, насколько это уместно: той же Наде ведь может и не понравиться, что ее имя топчут ногами десятки случайных прохожих.

Могут сказать: вообще нельзя писать и рисовать на том, что для этого не предназначено (вариант: на том, что является чужой собственностью). Это верно, но, к сожалению, это "нельзя" не работает со времен появления первых общественных мест до наших дней, и Биробиджан вместе со всей Россией здесь не исключение (наберите в поисковике фразу "граффити в нью-йоркском метро", и вы убедитесь в этом). Человек ковыряет ножом дерево, парковую скамейку, малюет свое имя на вершинах скал ("Киса и Ося здесь были"), помечает неистребимым односложным словом случайный забор, признается в любви на стене отхожего места и т.д. Улицы древних Помпей испещрены надписями, которые сейчас получили значение важнейших артефактов. Кстати, один из аргументов сторонников "книги улиц" именно так и звучит: мол, в историческом будущем эти надписи будут полноценным археологическим свидетельством. Чушь, конечно. Во-первых, человечество научилось со времен Помпей более качественно фиксировать и хранить свои тексты. Во-вторых, многочисленные сообщения о том, что некто "лох" (составляющие, думаю, до половины уличного текстового корпуса), вряд ли способны дать полноценную информацию нашим потомкам. Ну разве что они засвидетельствуют употребимость этого жаргонизма — так это уже и так сделано в десятках словарей.

О том, что "нельзя", знают и сами пишущие-рисующие (иначе бы подписывались и не прятались в ночи), однако это им не мешает. В странах западной цивилизации существуют целые направления уличного искусства, связанные с граффити. Отчасти это компенсирует проблему "диких" текстов. Конечно, профессионально сделанные изображения (кое-где они встречаются и у нас) и многочисленные, как правило, довольно безграмотные сообщения-каракули, иногда сводящиеся к лаконичным сексуальным манифестам, кажутся чем-то совсем разным, но природа у них одна: это публичное самоутверждение, которое не находит иных способов заявить о себе. В акте публичной надписи человек, как ему кажется, сразу получает желаемое. Это очень древнее представление, восходящее к магическим процедурам. С другой стороны, поскольку пишущий сохраняет анонимность, он не отвечает за свою публичную выходку. В этой ситуации как минимум два яруса пирамиды потребностей Маслоу достаются ему задаром: самореализация (точнее, ее мираж) и относительная безопасность. При этом читающий оказывается в навязанной ему роли безответного свидетеля. Классик выразил эту роль хорошо известными словами: "Кто писал не знаю, а я дурак читаю".

А вообще объясняют такое уличное творчество по-разному; то стремлением как-то "увековечить" себя, то работой подсознания (прежде всего в случаях с упомянутыми выше манифестами), то даже биологическим в своей основе желанием пометить территорию (кстати, английское слово "tag", обозначающее в современном уличном искусстве граффити художественную форму подписи-псевдонима, в числе прочего может значить и это — "метка"). Наверное, во всем этом есть некая доля истины, но я вижу в практике нелегальных граффити прежде всего две вещи: нереализованность молодежи (пишут и рисуют ведь молодые), получающей в уличных надписях фальсификат самоутверждения, и невысокий, скажем мягко, уровень культуры публичного поведения.

Количество нелегальных граффити — один из сигналов социального неблагополучия. Замечено, что увеличение количества уличных надписей резко увеличивается в эпохи кризисов, а их стабильно большое количество характерно для слабых, плохо структурированных обществ. Еще один важный показатель — готовность власти обращать внимание на эту самодеятельность и как-то бороться с ней. Если такой готовности нет и повсеместные граффити интерпретируются как "мелочь", то это означает, что принципы правопорядка для такой власти далеко не на первом месте. Со всеми вытекающими.

Автор надписи-рисунка, имеющего подчас непристойное или оскорбительное содержание, настолько прост, что не в состоянии поставить себя на место возможного читателя. Главное — высказаться. Некоторые пишут "на память", другие пробуют философствовать или устраивают интимную переписку, но и тем, и другим не придет в голову спросить себя: зачем я лезу в глаза людям? Есть ли у меня, в самом деле, что им сказать? Скажем, ты написал на колонне беседки, что на набережной, "Вася и Оля, 2016" и гарантированно нарвался на замечание каждого второго прохожего: вот ведь козлина, колонну испортил… Оно тебе надо, автор? Эффект ведь не совсем тот, на который ты рассчитывал. Для нелегальных граффити найти "благодарных биробиджанцев" будет, пожалуй, сложнее, чем для городских архитекторов…

Еще одно наблюдение: вне России уличные надписи почти не встретишь в центрах городов и в так называемых "благополучных" районах. Это признак различных гарлемов и фабричных пригородов. У нас такие вещи можно встретить везде, куда дотягивается творческая рука.

Что может ограничить подобную практику и, так сказать, ввести ее в берега легальности, как это бывает в более благополучных, чем российская, цивилизациях? Ну или хотя бы вытеснить ее на обочину жизни? Секрета здесь нет, средства простые: воспитанное семьей и школой соображение уместности со стороны самого "автора", жесткость негативной реакции со стороны ближайшего сообщества и серьезные правоохранительные меры. Ну и конкурсы настоящих мастеров легальных граффити, конечно.