Еще четверть века назад учебный год для студентов начинался не со знакомства с учебным заведением, а со сбора урожая на полях. Правда, не всем нравилась работать, поэтому советская молодежь превращала сельхозповинность в увеселительную поездку "на картошку". Биробиджанский художник Владислав Цап предлагает читателям ИА ЕАОMedia и газеты "Биробиджанер Штерн" перенестись в прошлое и вспомнить студенческую жизнь "на картошке".
"В сентябре ученики садятся за школьные парты, студенты в учебных аудиториях начинают усердно грызть гранит науки. А ведь четверть века назад (кажется, что это было совсем недавно) учебный год для студентов начинался с работ на колхозных и совхозных полях.
Что бы ни собирали с полей, будь то морковь, свекла, капуста или помидоры, – все равно говорили: "Поехали на картошку". Поступив на учебу, новоиспеченный студент начинал знакомство со своим учебным заведением не в его тесных стенах, а в просторных полевых условиях.
В нашей стране процесс сбора овощей был плохо механизирован. Все убиралось вручную. Исключение составляла уборка "второго хлеба", здесь в сухую погоду использовались картофелеуборочные комбайны.
Не всем нравилась сельхозповинность, поэтому студенты работу на полях старались превращать в увеселительную поездку "на картошку". Днем работали, а вечером устраивали дискотеки или посиделки под гитару, чем сильно радовали сельскую молодежь.
Собираясь в колхоз, готовили кирзовые или резиновые сапоги, фуфайку или старую куртку, подходящие головные уборы. Понятно, такие наряды на подиумах моды не демонстрировались.
Журналистка Елена Котова, учившаяся в МГУ, рассказала об одном случае. Они работали на картошке близ села Бородино. И вот едет по дороге французская делегация. Видят французы, в грязи копошатся несколько колхозников, одетых в сапоги и фуфайки. Остановились гости и на плохом русском стали спрашивать, как проехать к Бородинской панораме. Колхозники ответили им на хорошем французском, куда надо ехать. Французы были поражены уровнем образованности наших сельчан. На самом же деле в поле работали студенты факультета иностранных языков.
В минуты отдыха. В центре — Борис Косвинцев. Фото: Фото: Газета "Биробиджанер Штерн"
Когда в село приезжали студенты или учащиеся медицинских, педагогических и других учебных заведений, большинство из которых составляли девушки, у местных парней наступал "сезон охоты". Сельские донжуаны считали, что если с ревом подкатить к девушке на мотоцикле, это покорит ее сердце. Надо сказать, что аборигенов студентки не очень жаловали, а если и заводили романы, то в основном со своими ребятами.
Часто городских сборщиков урожая селили в сельских клубах, иногда расселяли по домам, а в одном из сел Октябрьского района студенты-шефы жили в помещении бывшего коровника. Но в тех колхозах и совхозах, где услугами шефов пользовались постоянно, были построены специальные бараки. Кормили тоже по— разному: еду могли готовить и сельские повара, и сами студенты, но во всех случаях от недоедания никто не страдал.
Мне, к примеру, запомнился "суп с портянками". Мы работали в одном из колхозов в Амурской области. Председатель колхоза ежедневно привозил нам продукты питания, а готовил из них еду студент по фамилии Алаев. В колхозе была своя птицеферма, поэтому основными блюдами самодеятельного повара были омлет и яичница. Сырые яйца в большом количестве Алаев разбивал прямо в кипящий суп. Все содержимое котла было в белых лохмотьях от яиц, это сытное блюдо мы называли "суп с портянками".
Сбор огурцов. Фото: Фото: Газета "Биробиджанер Штерн"
Питанием мне запомнилась и другая поездка в колхоз. Надо было срочно помочь хозяйству выполнить план по сдаче овощей, поэтому на обед с места работы нас не вывозили, а еду доставляли прямо в поле. В первый же день привезли нам бидон молока, несколько булок хлеба, а огурцы и помидоры мы брали прямо с грядок. Наши желудки не восприняли сочетания молока с огурцами и…
Представьте себе уходящие за горизонт ровные без единого кустика поля Амурской области. Пришлось из ящиков строить два туалета.
Приехало начальство, поинтересовалось, почему мы не работаем.
Говорим, что закончились ящики. Нам указывают на наши сооружения.
– Это неприкосновенный запас, – отвечаем, – называется "М" и "Ж".
Кстати, нехватка ящиков была постоянной проблемой. Однажды мы собирали огурцы прямо в кучи, а потом по ним проехал трактор. На наше возмущение тракторист ответил, что план уже выполнили, лишние огурцы класть некуда, ящиков нет. Зачем тогда собираем? А чтобы отчитаться, что весь урожай собран.
Кстати, кто хочет вспомнить свою студенческую жизнь "на картошке", советую посмотреть добрый советский фильм "Баламут".
Шефскую помощь сельскому хозяйству оказывали не только студенты, но и военнослужащие, школьники, рабочие. По этому случаю есть анекдот о том, как зарубежные фермеры приехали перенимать наш опыт работы:
– Нам о такой организации дела можно только мечтать: пашут землю солдаты, пропалывают рабочие, убирают урожай студенты, сортируют профессора и доценты.
Афанасий Борщев – герой фильма "Афоня", прячась от собутыльника или от девушки, придумывал причину отсутствия: "Я на картошке".
Рабочие и служащие шефских предприятий Биробиджана ездить на поля начинали еще летом – на прополку. Сначала выезжали небольшими коллективами, а ближе к осени в подшефные колхозы и совхозы отправлялись почти все работники, не задействованные на производстве. Только от коллектива Биробиджанской обувной фабрики осенью в Петровский совхоз ежедневно отправлялись по сто человек. В основном это были работники различных служб и отделов. Когда "конторских" не хватало, могли снять с потока и целую бригаду. И здесь не обходилось без скандала. Так называемые окладники ничего не теряли, за работу на поле им выплачивалась полная заработная плата. "Сдельщики" же получали 50% от среднего заработка, а оплату за собранный урожай должны были получить от совхоза. Эти деньги никто из рабочих никогда не видел.
Потом оказалось, что деньги совхоз все-таки платил. Но за день труда рабочий мог заработать очень мало – таковы были расценки. Работающих было много, ездили часто, и за год набиралась сумма в пару тысяч советских рублей. Эти деньги, как потом выяснилось, получала одна из руководительниц предприятия и таким образом существенно пополняла свой семейный бюджет. За любовь к чужим дензнакам предприимчивая дама в конце 1980-х годов получила реальный срок заключения.
Заставить горожанина ударно трудиться вместо сельчанина было непросто. Однажды на поле, где работали обувщики, приехало высокое начальство.
– У вас обед? – спрашивает первый секретарь обкома Лев Шапиро.
Ему отвечают, что работу уже закончили, план выполнили, имеют право лежать на травке. Лев Борисович поинтересовался планом, ему назвали какую-то придуманную цифру.
– У детей, что работают в поле, норма в два раза выше, а ведь их рабочий день состоит из четырех часов, – пристыдило обувщиков партийное руководство.
Напутствие перед трудовой сменой. Фото: Фото: Газета "Биробиджанер Штерн"
Руководителей различного ранга в те времена можно было вызывать на ковер и доводить до инфаркта, но с советскими рабочими общаться на повышенных тонах не полагалось.
– Вы хотите, чтобы мы ударно пахали за половину зарплаты? Почему колхозников в поле не видно? – возмущение обувщиц стало принимать угрожающие формы. Пришлось начальству спешно покинуть поле битвы – битвы за урожай.
А ведь действительно, сколько я ни ездил в колхозы и совхозы, сельчан на полях почти не встречал. Утром появлялись сельские женщины, указывали "фронт работы", и в течение дня мы их больше не видели. Исключением была известная звеньевая овощеводов из Валдгейма Фейга Файман. Она весь день носилась по полю в огромных кирзовых сапогах и устраивала нам разнос за каждый раздавленный огурец.
Плюсом от поездки в колхоз можно было считать возможность затовариться качественной продукцией. В магазинах продавались подгнившие и зеленые помидоры, а на полях для себя отбирали самые лучшие. Оплатить покупку овощей можно было прямо на весовой. Стоил килограмм помидоров, как сейчас помню, всего пятнадцать копеек, но, несмотря на дешевизну, было немало желающих увезти продукцию, не заплатив за нее ни копейки. Поэтому автобусы с шефами, которые возвращались с полей в город, тщательно обыскивали. В Петровском совхозе сложно было утаить огурцы и помидоры от бригадира Веры Сорокиной – у нее был нюх на воришек.
"Сидите, разлагаете молекулы на атомы,
Забыв, что разлагается картофель на полях".
Так обращался своей шуточной песней к ученым Владимир Высоцкий. Да, сельскому хозяйству помогала вся большая страна. Интересное было время – убирали овощи миллионы людей – и ученые, и студенты, и рабочие, а в магазинах на прилавках стояли лишь трехлитровые банки с зелеными помидорами и желтыми огурцами. По-моему, их никто не покупал. А вот иногда появлявшиеся на прилавках болгарские и венгерские овощные консервы пользовались у населения большим спросом.
Проблему отсутствия овощей в зимний период успешно решали дачники. Но это уже другая тема", — говорится в статье.
ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:
Районные газеты ЕАО: Ликвидация и возрождение
Фабричная история: тяжелая судьба легкой промышленности в ЕАО