На заседании областного межведомственного охотохозяйственного совета в числе других вопросов снова была поднята проблема учета и контроля за популяцией кабарги в ЕАО. В числе выступлений участников совета заместитель директора заповедника "Бастак" Павел Збань рассказал о работе по учету копытных на территории заповедника. При этом вниманием были обойдены данные по состоянию популяции кабарги в заповеднике. Заместитель директора объяснил это тем, что кабарга в последнее время трудно поддается учету из-за того, что обитает она в основном в северных труднопроходимых таежных районах заповедника, где также обосновались тигры, сообщает ИА ЕАОMedia со ссылкой на статью Алексея Зливко в газете "Биробиджанская звезда".
Вероятность лишний раз потревожить едва-едва прижившегося в автономии полосатого хищника не дает произвести более-менее точный учет численности маленького дальневосточного оленя. В фотоловушки, установленные в заповеднике и фиксирующие в основном передвижение и поведение амурского тигра, кабарга практически не попадает, если учесть размеры и скрытный характер поведения этого копытного.
Но, как отметил Павел Збань, нет оснований полагать, что в заповеднике имеет место сколь-нибудь значимое снижение популяции кабарги. Длительное время количество маленьких оленей в заповеднике "Бастак" находится примерно на одном уровне, поднимаясь не выше 50-ти голов. По мнению специалистов, такому природному балансу "не выше — не ниже" способствует низкая рождаемость у этих копытных и наличие у них в природе большого количества врагов. Поэтому не стоит ждать от кабарги резкого прироста численности пусть и на благоприятной для этого территории.
А на бумаге кабарга такая большая!
Тем не менее, на совете было предложено сотрудникам "Бастака" внести изменения в методику учета популяции животных, чтобы все же суметь произвести учет зверя.
Хотя этот вопрос может вызвать споры среди специалистов охотоведения. Учитывая ситуацию полного покоя, уже более двадцати лет сохраняющуюся в заповеднике, отсутствие там масштабных лесных пожаров, а также браконьеров, возможно, и не стоит специально "охотиться" за кабаргой, стремясь ее подсчитать. Природная популяция находится в балансе, условия для прокорма зверя в заповеднике сложились благоприятные.
Другая проблема – кабарга в промысловых угодьях автономии. Цифры ее численности, по официальным данным двухгодичной давности, составляют более тысячи особей. Многие специалисты называют это количество явно завышенным и не соответствующим действительности. Завышается же она, по их мнению, в коммерческих интересах организаций охотопользования. В конце 90-х годов численность кабарги в области катастрофически упала, и по предложению экологов было решено закрыть на нее охоту. К концу 2011 года после 13-летнего перерыва на кабаргу охота была открыта вновь. Хотя за это время, учитывая все данные о повышении-понижении кабарожьей численности и все погрешности, амурского оленька в ЕАО значительно не прибавилось.
Уже не первый год активно обсуждается вопрос о закрытии охоты на кабаргу в ЕАО. Даже самые "объективные" и оптимистичные данные о ее численности в ЕАО не снижают тревожность ситуации в целом, потому что наличие даже полутора-двух тысяч особей кабарги в области на 3 миллиона гектаров лесных площадей области – это капля в море.
У нее свой секрет
На совете некоторые его участники назвали кабаргу "интересным и ценным видом", учет которого в "Бастаке" почему-то проводится недостаточно хорошо. Хотя, говоря по совести, ценным и интересным этого оленька можно назвать только с природоохранной и научной точки зрения. Ни о каком промысловом интересе не может быть и речи. Мясо кабарги, коего в самом крупном звере наберется едва ли 7-8 килограммов, практически невозможно употреблять в пищу: оно темное, жесткое и отличается неприятным запахом и посредственным вкусом. Шкура кабарги тоже не имеет промышленного значения.
Единственный плюс добычи этого зверя, подпадающий под уголовные статьи, – это добыча с самцов кабарги специфического секрета, мускусной железы, которая ранее, еще в советские времена, использовалась в отечественной фармацевтической промышленности. Железу по имеющемуся на добычу плану в эти учреждения сдавали охотники. Сейчас необходимость в мускусной железе самцов кабарги в российской фармацевтике давно отпала, зато до сих пор активный интерес к ней проявляет китайская нетрадиционная медицина, и кабарожья мускусная железа в ней стоит приличных денег. Но так как торговля дериватами (частями ценных диких животных) в России запрещена, то реализация добытой мускусной железы китайцам – это участие в незаконных сделках и фактически уголовно наказуемое преступление. Что, в принципе, может и не останавливать охотников, стремящихся добыть лицензию на отстрел кабарги…
Но даже если не брать в расчет "темный" интерес добытчиков кабарги, многие согласятся, что отстреливать крошечного беззащитного оленя из спортивного интереса – совсем невеликая охотничья заслуга…
В связи с этим можно только поддержать уже не первый год активно обсуждающийся вопрос о внесении дальневосточной кабарги в Красную книгу редких и исчезающих диких животных ЕАО и повышение ее охранного статуса.
ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:
Популяция кабарги в ЕАО нуждается в повышении охранного статуса до краснокнижного
